elle_terra (elle_terra) wrote,
elle_terra
elle_terra

Categories:

АЗИАТСКИЕ ХИТРОСТЬ И КОВАРСТВО ЧАСТО РАВНОСИЛЬНЫ ГЛУПОСТИ И СУИЦИДУ...

"Экстремизм в Киргизии уже пустил корни, ситуация может выйти из-под контроля"

Радикализация постсоветских республик - одно из главных последствий распада СССР

По ходу продвижения сирийской армии в Алеппо в Киргизии начали нарастать протестные движения. Так, 20 декабря, за несколько дней до полного взятия Алеппо, в Бишкеке состоялся митинг с призывом к кыргызстанцам-мусульманам поддержать единоверцев и прекратить "войну  с женщинами и детьми".

Наблюдатели отметили несколько важных моментов в этой акции: во-первых, война в Сирии идет уже 5 лет, но только сейчас, когда террористов максимально притеснили, начали проводиться митинги; во-вторых, сотни единоверцев были ранее замучены теми же бандформированиями ИГИЛ (запрещено в РФ), но опять же никаких протестов не было. Кроме того, местные СМИ отмечали, что в ответ на призывы в соцсетях не втягивать Киргизию в мировую политику и выражать мысли менее радикально даже поступали угрозы вроде "вычислим по IP и сдадим куда надо".
А пока правоохранители игнорируют угрозы и радикальные заявления, эксперты бьют тревогу.

"Сегодня доход вербовщиков составляет до 50 тыс. долларов в месяц, это тех, кто вербовал ребят в ИГИЛ. Можно представить, на какой уровень поставлены все эти действия, и какие деньги вкладываются для того, чтобы переформатировать сознание молодых ребят. Вербовка кыргызстанцев в религиозные экстремистские группировки поставлена на поток. Сейчас мы наблюдаем, что вербовщики уже не работают точечно, сейчас в такие группировки вступают готовыми ячейками общества. Имеют место конкретные случаи, когда целыми семьями, от младенцев до стариков, люди выезжали в Сирию", - заявил сопредседатель клуба региональных экспертов "Пикир" Игорь Шестаков.

В конце декабря проходила конференция "Новые форматы противодействия религиозному экстремизму", которая четко обозначила проблему Киргизии – радикальные религиозные течения все больше выходят из-под контроля (если еще не вышли).

[Читать полностью...]"Сегодня общество и молодежь, в частности, самостоятельно ищут свои ценностные ориентиры, и в этом есть определенная проблема. Потому что процесс этот неподконтрольный. Как должна действовать молодежь, чтобы снизить радикализацию? На государство рассчитывать, естественно, не приходится. Поэтому необходима самоорганизация гражданского общества", - призывал директор аналитического центра "Религия, право и политика" Кадыр Маликов.

И общество, судя по обсуждениям, знает о ситуации не понаслышке. В соцсетях наблюдатели делятся комментариями о тяжелом положении в религиозной среде, особенно среди молодежи, отмечают, что даже в Духовном управлении мусульман Киргизии (ДУМК) есть последователи запрещенной в России экстремистской организации "Таблиги Джамаат".
Комментарии в основном негативны.

"Не будем показывать пальцем, но ряд политиков самого высокого ранга крышуют радикальные религиозные группировки", - пишет один пользователь.

"Все знают об этом, но молчат. КР как "проходной двор", все мусульманские течения имеют своих последователей и, может, придет час, когда на этой почве могут возникнуть конфликты", - сетует другой.

"Это сборище на площади в защиту ИГИЛ и "Джебхат ан-Нусры" (запрещены в РФ - прим. Накануне.RU) почему-то рассматривается как вполне нормальное проявление поддержки верующих", - и таких комментариев большинство.

Насколько сложная ситуация в Киргизии и может ли процесс пройти точку невозврата, когда радикальные течения начнут распространяться далее по соседним республикам? Об этом Накануне.RU рассказал директор Центрально-азиатского научно-исследовательского центра УрФУ, эксперт по Центральной Азии Рустам Ганиев.

Вопрос: Мы видели, как в Бишкеке проходил митинг, который явно напоминал акцию "в поддержку" боевиков в Алеппо, на конференции против экстремизма эксперты отмечали тяжелую ситуацию в Киргизии – как Вы можете оценить складывающуюся ситуацию?

Рустам Ганиев: Там ситуация сейчас острая. В Киргизии, пожалуй, самая либеральная религиозная политика из всех государств постсоветского пространства. А самая, наверное, регулируемая ситуация, особенно с исламским экстремизмом и вообще с исламом, в Узбекистане. Эту политику власть там проводила с конца 90-х. А вот в Киргизии прошли две революции, общеэкономическая ситуация сложная, поэтому власти, по большому счету, некогда этим заниматься. Кроме того, в Киргизии нет сильной президентской власти. Это парламентская республика, а парламентская республика в условиях постсоветского пространства пока не работает. Это было доказано на примере России 90-х, когда, по большому счету, складывались лоббистские группы. И ситуация в Киргизии сегодня одна из самых шатких и нестабильных.

Вопрос: Этим и пользуются радикальные движения? Противостоят ли власти этому хоть как-то?

Рустам Ганиев: Этим, естественно, пользуется большое количество неправительственных организаций, которые работают в том числе на западные деньги. Да и ситуация с высшим образованием в Киргизии тоже довольно сложная. В республике, в Бишкеке, представлено большое количество иностранных высших учебных заведений – турецкие, американские, каких только нет. Это все, так или иначе, накладывает отпечаток на общую фривольность и демократические принципы, по большому счету, никем и ничем неконтролируемые. Лишь президент Алмазбек Атамбаев сделал для этого какие-то первые шаги. Конечно, можно сказать, что он желает усилить влияние института президентства в Киргизии, но удастся ли ему это сделать – сложный вопрос. В любом случае его поворот на сотрудничество с Россией так или иначе находит поддержку большинства населения КР. В этом плане он, в отличие от своих предшественников, поступил более продуманно.

Вопрос: Раньше можно было видеть, как не только из Киргизии граждане уезжали в Сирию воевать на стороне террористов. Теперь же пишут, что даже в руководстве ДУМК есть последователи экстремистов. То есть экстремисты уже пустили корни в республике? Рустам Ганиев: Изначально это является целью всех экстремистских организаций, которые как-то легитимно могут себя чувствовать на пространстве той или иной республики. Так было и в 90-х, и в начале 2000-х. Многие эти организации пользуются либеральными подходами к религиозной политике.

Конечно, да, за это время некоторые представители могли уже добраться до власти, до властных структур. Об этом много информации.

Мы в рамках своей деятельности проводим круглые столы по религиозной тематике, и наиболее сложная ситуация у нас именно с Киргизией, потому что достаточно грамотных экспертов по религиозной политике именно в направлении традиционного ислама из Киргизии найти очень трудно. Даже если они и есть, то они находятся под прессом. На них оказывается мощное давление, и заниматься сегодня Киргизией, пропагандировать традиционный ислам – без экстремизма, без радикализма – это достаточно опасное занятие. Фронт работ там очень большой, учитывая напряженную международную обстановку, в том числе в Сирии.

Я думаю, что, поскольку давление в Сирии этих групп сейчас усиливается, то они будут искать выходы на другие площадки, например, они активизируются в Ливии, и вполне вероятно, что могут использовать площадку Киргизии для каких-либо мероприятий. Может быть, они даже смогут сделать там какую-то более организованную ячейку, потому что условия для этого в Киргизии, по-моему, позволяют это сделать.

Вопрос: Как вообще сложилась такая ситуация в КР? И можно ли ее опыт спроецировать на другие республики Центральной Азии?

Рустам Ганиев: После распада Советского Союза многие власти республик - они же, по большому счету, все были исламские, мусульманские республики - взяли себе эту религию в помощь светской власти. По сути, почти такая же ситуация произошла и у нас в России. Новая власть в условиях идеологического вакуума, конечно, обратились к православной вере. И сегодня эта связка – власть и религия – она достаточно положительно сказалась на урегулировании общей социальной ситуации.

Подобная ситуация была и в республиках Центральной Азии, причем во всех - и в Узбекистане, и в Таджикистане, и в Киргизии, и даже в Казахстане отчасти. Но в некоторых республиках, особенно в Узбекистане, это все закончилось в конце 1990-х гг., когда прозвучали первые взрывы, плюс было Исламское движение Узбекистана ("ИДУ"), которое сопротивлялось действующей власти. И в конце 1990-х там четко было принято решение на чистку. Был наведен порядок в религиозной политике, были открыты специальные исламские университеты традиционного толка. В Казахстане тоже в начале 2000-х гг. за этой ситуацией следили.

А вот в Киргизии не дошли до этого, потому что там в 2005 г. начались пертурбации, потом еще одна революция, и, конечно, эту ситуацию власти упустили. Поэтому я бы сказал, что это отражение общей ситуации, это как одно из главных последствий распада Советского Союза.

В Киргизии этот процесс запущен уже настолько сильно, что за 25 лет там выросло целое поколение, которое просто живет в этих условиях, и для этих людей они настолько привычны, что они просто не замечают тех радикальных процессов, которые происходят в обществе. Ситуация Киргизии требует четкого жесткого вмешательства именно со стороны властей.

Вопрос: Если все настолько запущено, то могут ли эти течения распространиться дальше? Или в соседних государствах все-таки держится жесткий контроль, и любые попытки будут пресекаться?

Рустам Ганиев: По большому счету, ситуация может развиваться в каком-то негативном ключе, пожалуй, только в Киргизии. Потому что во всех остальных соседствующих республиках контроль над религиозной политикой достаточно жесткий, особенно в отношении ислама и тех событий, которые происходят в Сирии.
Даже Россия не одной из самых первых начала контролировать эту ситуацию. Когда мы об этом говорили еще 2009-2010 гг., мало кто прислушивался, потому что - где ислам, и где Россия, казалось бы? На это обратили внимание лишь после событий, связанных с ИГИЛ. А в полную силу заговорили о тех угрозах, которые исходят от террористических группировок, когда столкнулись с попытками вербовки наших граждан. И сейчас, конечно, у нас об этом говорят во всеуслышание.

Вопрос: Россия как-то может повлиять на текущее положение дел в Киргизии, ведь у нас, кажется, достаточно опыта противодействия подобным течениям?

Рустам Ганиев: Россия сегодня является, наверное, главным партнером действующей власти в Киргизии и, естественно, будет всячески поддерживать попытки президента Киргизии стабилизировать ситуацию, в том числе и в экономике, политике, социальной сфере. Ну а более-менее контролировать внутрирелигиозную ситуацию, я думаю, сегодня должны спецслужбы, в первую очередь, потому что работа эта серьезная, требует профессиональных знаний.

Все эти ячейки, группировки религиозного характера носят закрытый характер, поэтому так просто прийти и навести порядок, тем более, когда эти люди практически проникли во властные структуры, в парламент, - очень сложно. Это работа даже не одного года. Я думаю, естественно, Россия будет помогать своими силами, тем более, что у России такой опыт имеется.

Источник


Всё-таки, интересно, сообразят ли вовремя наши бывшие азиатские "братья", что игрища против России поставят крест на их собственном существовании? Их просто используют и раздавят более умные и ловкие...

Tags: армия сатаны, истоки терроризма в мире, киргизия, новая карта мира, террор
Subscribe

Posts from This Journal “террор” Tag

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments