elle_terra (elle_terra) wrote,
elle_terra
elle_terra

Category:

Константин Сёмин. Цена прозрения

Истории плевать на чаяния, страхи, сомнения обыкновенного человека. Она касается всех.

Разговаривал с товарищем из Луганска, одним из участников Русской Весны. Под грузом мрачных новостей и малообещающих перемен он углубился в чтение, в теорию. Спрашивает — могла ли молодая революционная демократия Донбасса защитить себя от липких олигархических объятий, если бы её творцы были лучше подкованы идеологически? Может, идеологии-то и не хватило? С одной стороны, конечно, не хватило. С другой стороны, сколько просуществовала бы Парижская коммуна в отдельно взятой Новороссии? Идеология, которой "не хватило", прямо утверждает, что ничего не берется из воздуха. Кровавая судьба Украины — есть результат диалектического движения истории, обострения нарастающих в капиталистическом мире противоречий. Мы не можем списать войну и повсеместную деградацию исключительно на старуху Нуланд, прискакавшую на Майдан с мешком пряников.

К сожалению, капитализм, империализм, и даже фашизм — не выдумка злобных троллей, а естественное развитие производительных сил и производственных отношений. Аналогичным образом, социализм — не выдумка добрых гномов, а точно такое же естественное развитие производительных сил и производственных отношений. Однако даже самое естественное развитие невозможно без борьбы, а для борьбы необходимы условия, вынуждающие людей бороться. Трагическая истина состоит в том, что за этими стерильными словами — "естественное развитие" — скрываются нищета, хаос, тысячи разорванных тел. Но чем дальше в лес, тем очевиднее: одна общественная формация, исчерпав себя, доведя народы до крайнего истощения, неизбежно сменится другой. Вопрос лишь во времени и в цене качественного перехода. Идея революции — каким бы зловещим ни казалось слово — состоит в том, чтобы попытаться срезать дистанцию, обокрасть историю, а следовательно (вопреки всеобщему представлению) — сохранить жизни, избежать бОльших жертв. Эволюция — если это эволюция смертельной болезни — может оказаться страшнее, чем радикальное лечение. В сознании обывателя эволюция означает спокойное, нормальное вроде бы, развитие событий — смену времен года, скидки на модные тряпки, доступную ипотеку, новое шоу по ящику. В действительности это гуманное и безобидное слово рано или поздно упирается в... мировую войну. Эволюционное развитие глобального капитализма (или десятка национальных капитализмов) неминуемо приводит к войне, в которой сильные одерживают победу над слабыми. И — точно так же, как 100 лет назад — нет абсолютно никаких поводов думать, будто у нашей маленькой эволюционной модели (с разрушенной наукой, чуть подремонтированной армией, неустойчивой и приватизированной оборонкой, дефективным образованием и жутким социальным расслоением) есть шансы устоять в противоборстве с империалистическими соседями. Ровно наоборот — как и 100 лет назад, есть все основания ожидать, что под давлением обстоятельств слабая модель будет ломаться, прогибаться, искать компромисс с сильной. До тех пор, пока, запудрив обывательские мозги разговорами, её не бросят под какие-нибудь очередные гусеницы.

И при таком раскладе, согласитесь, термин Ресоветизация/социалистическая революция обретает несколько иное значение. Ибо за ним скрывается попытка выскочить (своевременно или досрочно) на новый виток развития. Что страшнее — 100 миллионов погибших или 10 миллионов погибших? Или миллион погибших? Кто будет судить? Кто будет считать? Нас так долго приучали к тому, что сопоставлять цели и средства — гнусная большевистская привычка, попирающая "духовность" и "слезинку ребенка". Но что если речь идет о миллионах детей? Человеку, наполнившему свою продовольственную корзину и занявшему очередь к кассе, не хочется думать об этом. — Отвалите со своими книжками. Меня это не касается, — говорит он. — Да правильно ли вы ставите диагноз? И кто вообще дал вам право лезть с диагнозами? Так рассуждают многие люди в России. Так говорили люди в Югославии. Так говорили люди на Украине. Так говорили люди в Сирии. Наш переводчик в Дамаске сокрушался: — До войны мы готовили к открытию новый торговый центр. Какой проект нарисовали! Какое оборудование закупили! А сегодня на кольцевой трассе могут остановить любую машину и срезать водителю кожу с лица. Этому человеку невдомек, что между растаявшей рыночной мечтой, между неоткрывшимся торговым центром и канонадой в Джобаре существует прямая диалектическая, причинно-следственная связь. Истории плевать на чаяния, страхи, сомнения обыкновенного человека. Она касается всех. Она сдувает с супермаркета крышу и обрушивается на ошарашенного потребителя воем реактивных снарядов и автоматными очередями. Человек зарывает голову в песок. Он хочет одного — чтобы его оставили в покое. — Я просто хочу нормально жить. Пусть все эти чертовы эволюции и революции окажутся дурным сном! Они не окажутся сном. Даже из самого далекого забытья они выволокут всех нас за шиворот и заставят думать. Вопрос лишь в том, как быстро. И какой ценой. Какой ценой. -

Источник

Tags: армия сатаны, зверолиберастия, истоки террора в россии, история россии, смута, социальные и экономические диверсии, социопатология, сёмин константин
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments