elle_terra (elle_terra) wrote,
elle_terra
elle_terra

МИРОВАЯ ЕВРАЗИЙСКАЯ ИМПЕРИЯ?

О перспективах ТС после возможного вступления в союз Индии и Вьетнама

В то время как на Украине идёт гражданская война, по сути, между сторонниками и противниками евразийской интеграции, в мире происходят и другие события. Сегодня в Астане президенты России, Белоруссии и Казахстана подписали договор о Евразийском экономическом союзе. Но были ранее и другие немаловажные события, которые не получили в СМИ большого резонанса, хотя очень важны не только для России, но и мировой геополитической конфигурации.

Еще в июне 2013 года на XVII Петербургском экономическом форуме делегация Индии инициировала процесс переговоров о создании зоны свободной торговли Индии и Таможенного Союза с целью последующего вступления в ТС и ЕврАзЭС. Председатель Евразийской экономической комиссии Виктор Христенко прокомментировал переговоры однозначно: речь идёт именно о полномасштабном вступлении Индии в ТС и ЕврАзЭС. «ТС готов к расширению, но не за счёт глубины интеграции, - сказал он. - Речь пойдёт о снятии взаимных таможенных барьеров и приведении торговых отношений Таможенного союза с Индией и Вьетнамом к полному соответствию не только законам этих стран, но и регламенту ТС, то есть де-факто их вхождению как равноправных партнёров в единое экономическое пространство ЕврАзЭС».

[Читать полностью...]Министр торговли и промышленности Индии Ананд Шарма сообщил, что уже достигнутые договорённости увеличат объём взаимных инвестиций в несколько раз. Всего за год товарооборот между Россией и Индией увеличился на 24%.

Создана российско-индийская рабочая группа по подготовке экономических соглашений. В октябре 2013 года Москву посетил премьер-министр Индии Манмохан Сингх. Обсуждались меры по ускорению интеграции Индии в ТС и военно-техническое сотрудничество, в частности модернизация в России индийских подводных лодок. Кроме того, Россия и Индия выработали общую позицию в отношении Пакистана, который теперь будет рассматриваться как страна-спонсор международного терроризма. Причиной стала неофициальная поддержка существенной частью пакистанской элиты исламских фундаменталистов. В совместном российско-индийском заявлении по итогам визита было отмечено: «Страны, которые помогают террористам, подстрекая и защищая их, виновны в совершении актов террора в той же степени, что и те преступники, которые их совершают».

В марте 2014 года в Ростове-на-Дону состоялись переговоры руководителя Федеральной антимонопольной службы России Андрея Цариковского и его коллеги – генерального секретаря Комиссии по конкуренции Индии Суа Лал Бункера.

Темой переговоров была взаимная адаптация антимонопольного законодательства с тем, чтобы в перспективе создать единую зону, в которой монополистом будет считаться только предприятие, контролирующее слишком большой сегмент рынка не в России или Индии, а в России и Индии вместе взятых.

Сейчас в Индии осуществляется грандиозный проект особой экономической зоны Дели-Мумбай, и российские компании будут строить в ней целые промышленные анклавы.

Переговоры находятся на начальной стадии, но смысл их нацелен на очень глубокую степень взаимной интеграции России и Индии в будущем. В качестве сравнения приведём такой вот любопытный факт: аналогичные переговоры между США и ЕС в рамках Трансатлантической зоны свободной торговли находятся примерно в такой же стадии, хотя начались ещё в 2007 году.

Военную технику Индия покупает частично в России, частично на Западе, но доля России растёт. Индия купила в России авианосец «Викримадитья» (бывш. «Адмирал Горшков»), взяла в аренду атомную подлодку «Нерпа» и сейчас намерена взять вторую. Есть мнение, что новый и очень высокотехнологичный российский истребитель Т-50 не будет иметь сбыта за границей, как, скажем, и его американский аналог F-22, но это не так. Индия намерена купить 250 единиц Т-50, как только будет налажено серийное производство. И наконец, Россия и Индия совместно разрабатывают самое грозное оружие начала XXI века – гиперзвуковую крылатую ракету «Брамос-2», которая сможет нести как ядерные, так и обычные заряды, а вероятность прорыва через зону ПВО у нее даже выше, чем у баллистических ракет.

Процесс переговоров о вступлении Индии в ТС начался примерно на год позже, чем с Вьетнамом. (Индия внимательно следит за этими переговорами.)

В июле 2012 года в Нарьян-Маре президент Вьетнама Чьонг Тан Шанг заявил, что Вьетнам начал переговоры о создании зоны свободной торговли с Таможенным союзом, а в дальнейшем – о полномасштабном вступлении Вьетнама в ТС: «Мы рассчитываем, что при наличии высокой политической воли руководства наших стран, а также белорусских и казахстанских товарищей, партнеров мы можем уже скоро начать этот процесс и привести его к завершению в виде соглашения о присоединении Вьетнама к Таможенному союзу». Чьонг Тан Шанг отметил также, что Вьетнам проводит большие реформы с тем, чтобы улучшить условия для работы иностранных предпринимателей, и рассчитывает на то, что Россия в максимальной мере заполнит это пространство.

Тут стоит вспомнить распространённую критику в адрес бывшего СССР по поводу того, что он зря оказывал экономическую и военную помощь странам «третьего мира». Но посмотрим, как это выглядит теперь. Сидит вьетнамский чиновник, который в молодости воевал в партизанах Вьетконга, чудом выжил под американскими бомбардировками, видел вырезанные американцами деревни, при этом воевал советским оружием и бок о бок с советскими военными специалистами. И чьей фирме он отдаст контракт на строительство нового завода – американской или российской?

А ведь представители поколения, воевавшего с американцами, сейчас находятся не только среди чиновников среднего звена, но и в высшем руководстве страны.

Призыв Чьонг Тан Шанга к России означает именно это: вьетнамская элита хочет, чтобы именно Россия максимально заняла экономическую нишу для иностранного капитала, поскольку сотрудничество с Россией для неё предпочтительнее, чем с США или Евросоюзом. Таким образом, советская помощь, когда-то оказанная ради идей интернационализма и без всякой экономической выгоды, начинает приносить дивиденды. С сентября 2012 года работает российско-вьетнамская комиссия по зоне свободной торговли, которая определила самые выгодные товарные позиции и совместные проекты. 17 декабря 2012 года решения комиссии были одобрены и подписаны президентами стран ТС Владимиром Путиным, Александром Лукашенко и Нурсултаном Назарбаевым.

12 ноября 2013 года состоялся официальный визит президента России Владимира Путина во Вьетнам. В результате было подписано около 20 соглашений, оговаривающих конкретные меры по ускорению интеграции Вьетнама в ТС. По прогнозу, ещё до вступления Вьетнама в ТС товарооборот между двумя странами к 2015 году вырастет в 3 раза - с 3,6 до 10 млрд. долл. Российские компании «ГАЗ» и «КАМАЗ» займутся становлением автомобилестроительной отрасли Вьетнама. Рассматривалась также возможность свободного захода кораблей российского Тихоокеанского флота на военно-морскую базу Камрань, которая в отличие от Владивостока не заперта со всех сторон проливами, контролируемыми союзниками США, и имеет хорошие выходы в акваторию Юго-Восточной Азии.

В дальнейшем приоритетными направлениями совместных проектов станут информационные технологии, кибернетика, биология и атомная энергетика. Что касается информатики и электроники, то эти отрасли во Вьетнаме уже сейчас контролируются «Яндексом» и НПО «Версия». В этом году корпорация «Росатом» начнет строительство первой во Вьетнаме атомной электростанции «Нинтьхуан-1», состоящей из двух энергоблоков с реакторами типа ВВЭР мощностью по 1200 МВт.

97% военной техники Вьетнам покупает только в России, и в связи с обострением обстановки в Юго-Восточной Азии делает это довольно активно. За исключением стран бывшего СССР, у Вьетнама самая большая квота на подготовку кадров в российских ВУЗах.

Сейчас в них учится 5000 вьетнамцев, в том числе 2000 – по государственному заказу. Развивается совместная деятельность российских и вьетнамских учёных в различных областях.

Стоит отметить, что желание вступить в ТС высказывали политики в таких странах, что возможность реализации этих проектов выглядит, конечно, проблематично. Так, в октябре 2013 года президент Турции Абдулла Гюль обратился к президенту Казахстана Нурсултану Назарбаеву с просьбой рассмотреть возможность вступления Турции в ТС. Назарбаев сообщил об этом на заседании Высшего евразийского экономического совета в Минске: «Президент Турции обратился ко мне с просьбой вступить в наш Таможенный союз. Давайте и примем Турцию. За рубежом мне часто говорят о том, что Таможенный союз создается как новый СССР или "что-то под Россией". Может, Турцию принять, большая страна, и разговор закончится».

Правда, надо отметить, что в Турции реальную власть имеет не президент, а премьер-министр, а именно премьер-министр Турции Реджеп Эрдоган в особых симпатиях к России не замечен. Достаточно вспомнить его намерения участвовать в войне против Сирии. Турция имеет договор об ассоциации с ЕС, а, как известно из примера с Украиной в 2013 году, договор об ассоциации с ЕС и вступление в ТС несовместимы. Турция – член НАТО, и вряд ли из него выйдет.

Здесь важно, что вступление Турции в ТС больше всех лоббирует Назарбаев. Так что речь идёт, скорее, об инициативе Назарбаева, который хочет снизить доминирующее влияние России в ТС созданием пантюркистской оси в его южной части.

Но евразийская интеграция и пантюркизм – это враждебные и несовместимые между собой геополитические проекты…

В октябре 2013 года министр иностранных дел и лидер партии «Наш дом Израиль» Авигдор Либерман заявил, что в 2014 году может быть подписано соглашение о зоне свободной торговли между Россией и Израилем. Это подтвердил вице-премьер правительства России Аркадий Дворкович. На общественном форуме в Сдероте Либерман заявил: «Связи между Израилем и его главным стратегическим партнером Соединенными Штатами ослабли. Нам следует прекратить требовать, жаловаться, стонать, вместо этого надо искать страны, которые не зависят от денег из арабского или исламского мира и которые хотели бы сотрудничать с нами на основе новаторства». Это решение было достигнуто усилиями премьер-министра Израиля Беньямина Нетаньяху и министра экономики Натфали Беннет. Зона свободной торговли позволит увеличить товарооборот и взаимные инвестиции между Россией и Израилем минимум вдвое.

Но уже из самого выступления Либермана видно, что вступление в ТС интересует Израиль не столько с экономической, сколько с геополитической точки зрения. США завели себе на Ближнем Востоке новых друзей – «Братьев-муслуьман», «Аль-Кайду» и средневековые режимы Саудовской Аравии и Катара. Вместе с ними американцы устраивали «арабскую весну», вместе с ними пытаются уничтожить Сирию. Эти новые друзья США относятся к Израилю, скажем так, ещё хуже, чем лидер Египта Насер в 1960-е годы. Ситуация становится для Израиля крайне неприятной. Если исламисты справятся с Сирией и Ираном, следующей жертвой неизбежно будет Израиль, причём в случае их победы израильтянам будет грозить новый Холокост. Только в отличие от арабо-израильских войн ХХ века Израиль уже не может рассчитывать на американскую поддержку. Поэтому он ищет её в других местах, прежде всего, в России. Но Россия не может отказываться от поддержки Сирии и Ирана, а с ними у Израиля тоже очень плохие отношения. К тому же Израиль имеет соглашение о зоне свободной торговли с ЕС, и эти две ЗСТ несовместимы. Каким образом Израиль намерен решать эту проблему – непонятно.

Тем не менее, пример Турции и Израиля тоже кое о чём говорит. Пока, скажем так, украинская элита бежит от ТС как ошпаренная, а турки и евреи в Таможенный союз сами просятся. Они что, глупее украинцев?..

В Интернете вообще можно встретить информацию о том, что в ТС намерены вступить страны Европейской ассоциации свободной торговли (Норвегия, Исландия, Швейцария и Лихтенштейн), а также Новая Зеландия. Но на самом деле эти страны собирались подписать с ТС только соглашение о зоне свободной торговли, и намерения в дальнейшем вступить в ТС у них не было. Сейчас эти страны приостановили даже переговоры о ЗСТ, поскольку не разделяют российскую позицию по Крыму и Украине. Таким образом, возникает вопрос: почему ТС должен быть интеграционным проектом только на постсоветском пространстве?

Выходить за границы бывшего СССР никто не запрещал, но такой расширенный ТС станет беспрецедентным в мировой практике таможенным союзом, не имеющим общих сухопутных границ. Это создаёт проблемы, которые придётся решать впервые, при полном отсутствии, в том числе и зарубежного опыта. Для России и Индии огромную важность приобретает защита Ирана, поскольку это единственный реальный транспортный путь между ними. (Морем по Каспию – по суше через Иран – снова морем по Индийскому океану, и так же обратно.) Коммуникацию через Афганистан и Пакистан можно не рассматривать, поскольку невозможно рассчитывать ни на дружественную политическую этих стран, ни на элементарную стабильность у них внутри.

По поводу Вьетнама часто можно услышать, что это страна довольно бедная, и интеграция с ней не представляет большого интереса. Но Вьетнам – это одна из самых динамичных и быстро развивающихся стран Восточной Азии. Такой была Япония в 1960-е, Южная Корея в 1980-е и Китай в 2000-е. И если Россия с самого начала займёт доминирующие позиции во Вьетнаме, то это принесёт очень хорошие результаты. Потенциально Вьетнам – это примерно две Южных Кореи или четыре Тайваня. Для примера можно взять только одну, но очень важную отрасль – электронику. Даже если в «Роснано» сумеют создать элементную базу, ничем не уступающую западной, без дешёвой сборки у России всё равно не будет своей электроники. А с Вьетнамом – наверняка, появится. Кроме того, во Вьетнам можно делать очень крупные инвестиции, не опасаясь, что Вьетнам поступит как Египет при Садате, который, набрав под завязку советской помощи, в 1975 году перебежал на сторону США. США вьетнамцы ненавидят, а Китая боятся, поэтому сотрудничество с Россией для Вьетнама безальтернативно.

Но самый трудный вопрос – это интеграция с Индией. В случае вступления Индии в ТС в нём уже не будет безусловного доминирования России, и все важные решения придётся принимать согласно российско-индийскому консенсусу.

Некоторые эксперты вообще опасаются, что Индия на сегодня уже может производить высокотехнологичную промышленную продукцию, продвинутые информационные технологии, а в 2015 году намерена запустить человека в космос на собственной ракете. (На советских и российских индийские космонавты уже летали.) А поскольку в России из-за холодного климата и дорогой рабочей силы издержки на единицу продукции всегда будут выше, чем в Индии, вступление Индии в ТС грозит России деиндустриализацией.

Но стартовые позиции России значительно лучше, и при грамотной экономической политике она имеет все шансы удержаться в верхней части технологической цепочки ТС. Индия тоже займёт в ней определённое место, но вряд ли это будет угрожать разорением российским высокотехнологичным отраслям, тем более, что от климата и стоимости рабочей силы они зависят меньше всего. Заниматься наукой, строить атомные или уже термоядерные электростанции, самолёты и ракеты, производить лучшее в мире оружие, создавать информационные и биотехнологии для рынка в 1,5 млрд человек – это не такая уж плохая перспектива для 150 млн россиян, даже если весь ширпотреб в ТС будет индийским и вьетнамским. А то, что российские и индийские программисты являются лучшими в мире по соотношению цена/качество, но между собой конкурируют примерно на равных, делает особенно привлекательной широкую кооперацию между ними, которая вообще весь мировой рынок информатики «задавит».

Особый интерес к интеграции с Индией создают выводы современных экономистов о том, что технологическую зону, где окупаются высокие технологии собственной разработки, можно создать только при наличии единого рынка минимум в 500 млн потребителей с высоким или средним достатком.

Сейчас технологических зон три: США (с большей частью Латинской Америки), ЕС и Китай. Таможенный союз только на постсоветском пространстве и Индия на технологическую зону в отдельности вряд ли потянут: в постсоветских странах слишком мало населения, Индия – слишком бедна. Но вместе они создадут собственную технологическую зону вполне уверенно.

Интересен также вопрос с валютой. Очень распространённое пожелание в патриотических кругах – уйти от доллара. Но даже если перевести значительную часть своей международной торговли на валютно-кредитные свопы, уменьшить долларовую часть золотовалютных резервов и продавать нефть и газ за какие-нибудь другие валюты – России всё равно придётся покупать очень много долларов, чтобы приобрести технологии и промышленное оборудование, которые продаются только за них.

Единственный реальный уход от доллара возможен, если твоя валюта станет в мире вспомогательной резервной как евро или юани. Отдельно взятая российская экономика пока что слишком мала для этого.

А вот если принять Индию в ТС и углубить интеграцию до валютного союза, то общая валюта ТС уже сможет стать вспомогательной резервной. Тем более, что евро и юань имеют очень серьёзные проблемы в конкуренции.

Евросоюз просто не пользуется имеющимися возможностями евро, потому, что любая эмиссия, кроме чисто технической – замены вышедших из строя купюр – требует консенсуса всех 27 стран-членов ЕС, что при имеющихся между ними противоречиях практически невозможно. А юань до сих пор имеет установленный государством фиксированный курс. Этот курс сильно занижен для обеспечения конкурентных преимуществ китайским производителям и является предметом постоянных напряжённых переговоров с США. Несколько лет тому назад американцы уговорили Китай поднять курс с 0,12 долл. до 0,16, но на свободную рыночную котировку юаня китайцы пока что не согласились. В такой ситуации общая валюта ТС имеет великолепные шансы, и уже ради этого стоит пойти на принятие всех важных решений по российско-индийскому консенсусу. Таким образом, вступление в ТС Индии создаёт много проблем, но при этом открывает очень большие возможности.

В СМИ гораздо чаще можно встретить упоминания о целесообразности стратегического альянса с Китаем. Но здесь нельзя путать стратегический альянс и интеграцию в формате, подобном ТС.

Союз с Китаем и любые совместные действия для противостояния американской гегемонии можно всячески приветствовать, но экономическая и политическая интеграция с Китаем России нужна меньше всего.

Да и союз может существовать только до тех пор, пока США тиранят весь мир. Если произойдёт обвал американской экономики или США постепенно придут в упадок и их влияние в мире сойдёт на нет, на развалинах Pax Americana Россия и Китай сразу станут главными противниками. Точно так же, как в 1945 году СССР и США стали главными противниками сразу после разгрома Германии. Поэтому с китайцами возможен только союз при полном сохранении самостоятельности сторон, а интеграционные проекты России, среди прочего, должны учитывать и укрепление позиций для противостояния с Китаем в более отдалённом будущем.

Прежде всего, можно заметить, что в ТС не будет такого политического единообразия, как в Евросоюзе. Если не комплексовать и не бояться называть вещи своими именами, то Россию, Белоруссию и Казахстан можно охарактеризовать, как авторитарные государства: Россия – помягче, Белоруссия и Казахстан – пожёстче. Во Вьетнаме, как и в Китае, тоталитарный политической строй во главе с компартией. Индия – скорее, демократическая страна. Правда, очень большую роль в общественной жизни по-прежнему играет деление на касты, а политическая элита настолько переполнена людьми с фамилиями Ганди, Неру, Рао и Сингх, что становится похожа на семейное предприятие. Но отсутствие обязательных требований к внутриполитическому устройству членов ТС только облегчает его расширение, а в перспективе политические системы стран-участниц будут становиться все больше похожими друг на друга.

Но очень важен военный аспект, который в нынешнем формате ТС практически отсутствует.

Взаимные инвестиции стран-членов ТС будут чего-то стоить только при наличии возможности их защитить. Поэтому в дальнейшем неизбежно встанет вопрос о военном блоке с не меньшей степенью интеграции армий, чем в НАТО.

Здесь возникает проблема с Индией, у которой есть обязательства по защите такого зловредного и антироссийски настроенного государства, как Катар. Но эта проблема невелика – вряд ли Катар представляет для Индии очень большую ценность, и эти договоренности она вполне может расторгнуть. Во всяком случае наличие у России ядерного зонтика, равного американскому, сделает ТС в военном отношении неуязвимым. Да и Индия ведь тоже ядерная держава.

Другой аспект – невозможность одинаковой степени интеграции для всех членов ТС. Скажем, при свободном движении рабочей силы во Вьетнаме вообще не останется населения, а из Индии уедут десятки миллионов, несмотря на разницу в климате, и в России индийцев и вьетнамцев станет больше чем русских. Поэтому свободное движение рабочей силы возможно с Белоруссией или Казахстаном, но невозможно с Индией и Вьетнамом. Это вплотную ставит вопрос о многоуровневой системе интеграции.

Самый широкий круг ТС с меньшей степенью интеграции можно охарактеризовать как некий сговор очень разнообразных стран во главе с Россией и Индией, объединяющих свои ресурсы, чтобы противостоять мировой гегемонии как Запада, так в будущем – и Китая. На этом уровне в ТС можно приветствовать практически всех, кто готов к совместному противостоянию Западу, у кого экономика представляет собой хоть что-то ценное и кто не имеет военных обязательств, противоречащих принятым членам ТС. Например, большой интерес для дальнейшей интеграции представляет латиноамериканское объединение МЕРКОСУР (Бразилия, Аргентина, Уругвай, Парагвай и Венесуэла.)

Главная задача широкого круга ТС – создать в мире достаточно большую третью силу, сопоставимую с США и Китаем.

Самый узкий круг с наибольшей степенью интеграции – постсоветские страны, и то далеко не все. Россия, Белоруссия, Казахстан – однозначно, а, скажем, Таджикистан – вряд ли. Задача этого круга – максимально высокая степень интеграции с тем, чтобы в будущем создать единую страну и возродить нормальную имперскую государственность. Между этими кругами могут быть некие промежуточные, с оптимальной степенью интеграции для каждой страны.

Разумеется, всё это – очень нелёгкая задача. Но в перспективе позволяет создать мировую империю, имеющую сферу влияния, не уступающую и даже превосходящую советскую в период ее наивысшего могущества в 1970-е годы. Или - примерно такую. И всё рассказанное выше может создать впечатление чего-то бесконечно далёкого от сегодняшних проблем. Но всё-таки переговоры с Индией и Вьетнамом об их вступлении в ТС делают реванш России за поражение в Холодной войне гораздо ближе, чем думают многие.

http://www.stoletie.ru/vzglyad/mirovaja_jevrazijskaja_imperija_528.htm
Tags: new cccp, евразэс
Subscribe

Posts from This Journal “new cccp” Tag

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment